Николай Ремизов о новой редакции правил

Golfmir.ru
Golfmir.ru Все о гольфе!
Один раз в четыре года происходит знаменательное для всех гольфистов событие: Королевский и Старинный гольф-клуб Сэнт-Эндрюс выпускает новую редакцию «Правил гольфа». О непосредственных изменениях в самой игре мы общались с Председателем Комитета по правилам соревнований и спортивному судейству Ассоциации Гольфа России – Николаем Ремизовым.

Николай-Ремизов-Golfmir.ru_700.jpg
Николай Ремизов. Golfmir.ru
G.M.: Что послужило поводом к изданию новой редакции правил для гольфа?

Н.Р.: Здесь есть два самостоятельных события. 

Во-первых, один раз в четыре года в Королевском и Старинном гольф-клубе Сент-Эндрюс специальное подразделение под названием «R&A Rules Limited» издает «Правила гольфа». 

Сейчас вышла новая редакция «Правил», которая вступила в силу 1 января 2016 года и будет действительна до 31 декабря 2019 года, в связи с чем Ассоциация гольфа России готовит перевод международных «Правил» на русский язык. В разные годы это происходило в разные сроки. 

В этот раз тираж книги с новыми правилами был готов к середине февраля. Это четвертое официальное русское издание. Мы его достаточно оперативно подготовили.

К большому сожалению, мы не смогли быстро подготовить «Решения по правилам гольфа», в данный момент завершаем эту работу. Там около тысячи страниц мелкого английского текста. Впервые в истории российского гольфа мы решили перевести предметные указатели и сейчас сами не рады этому.
Вторая причина издания новой редакции «Правил» - желание обновить русский перевод. 

Перевод «Правил гольфа», с одной стороны, должен быть достаточно стереотипным и, как у нас говорят, каноническим. Когда «Правила гольфа» каждый раз переводятся одними и теми же словами, это привычно и удобно для российских гольфистов и судей. 

С другой стороны, я считаю, что сейчас в России очень много специалистов по правилам гольфа. Мне это напоминает научную среду. Знаете, у ученых, которые дружат между собой и занимаются родственными научными проблемами, тем не менее возникают горячие споры по поводу какой-нибудь классификации, научной терминологии, нюансов в объяснении какого-нибудь научного явления и т.д. 

Не знаю, радоваться этому или нет, но и у нас в российской гольф-среде ведутся теоретические споры: как можно было бы уточнить, улучшить перевод.

G.M.: Они носят позитивный или негативный характер? Помогла ли научная полемика созданию этой книги? 

Н.Р.: Понимаете, опубликован мой вариант – той группы, которой я руководил, – соответственно, я считаю, что получилось хорошо. Большую часть моих идей мне удалось воплотить. Я пытался продвинуть их еще весной 2012 года, когда мы готовили предыдущую редакцию. Но там, к сожалению, мои идеи не нашли отклика коллег.

G.M.: Какие идеи не нашли отклика в 2012 году?

Н.Р.: Вы полистаете новую книжку с правилами и, к примеру, на двенадцатой странице увидите раздел «Пояснения к русскому изданию», где мы постарались изложить эти идеи в доступной для читателя форме. 

Когда мы готовили издания 2008 и 2012 годов, в своем редакционном кругу мы часто говорили: «Давайте будем переводить это слово вот так». Но мы не говорили читателю о своих намерениях, отчего не все наши идеи доходили до него. В нынешней редакции мы написали достаточно подробное предисловие.

Конечно, наши оппоненты многие идеи встретили с боем. 

В частности, мы хотели большое количество английских терминов дать в их английском звучании. Например, есть понятие «релиф» (Прим.: англ. «relief».) – облегчение ситуации. В одни годы предлагали переводить «релиф» как «вынос мяча», хотя мяч там не всегда выносится. Потом существовал перевод слова как «устранение влияния», хотя очень часто нет того непосредственного влияния, которое нужно устранять. 

В армии, к примеру, есть лопата. Но если мы упоминаем о ней в уставе или официальном документе, то используем словосочетание «шанцевый инструмент». 

Или еще одна история. У меня был один знакомый, который занимался разведением помидоров. Выступая с научным докладом, он всегда называл их не помидорами, а томатами. Привожу эти примеры для иллюстрации того, что не всегда терминология в правилах должна полностью следовать общеупотребительным словам. Я считаю, что «Правила гольфа» – это такой же официальный документ, где тоже есть свои нюансы. Если в быту иногда говорят «фри-дроп» (вброс мяча без штрафа), то мы напишем «некоторые правила релифа» или «релиф по определенным правилам».

Мы также ввели термин «адресация» как перевод английского слова «addressing the ball». По нашему мнению, ранее применявшиеся русские варианты и аналоги перевода – в разных издания разные – не отражают полностью суть происходящего.

К моему удивлению, никто из оппонентов не критиковал нас за то, что слово «lie» мы перевели как «положение мяча» и добились того, что такой перевод используется везде по тексту единообразно. Русское слово «положение» не всегда подразумевает состояние того места, на котором лежит мяч.

Я могу вам честно сказать, что было много идей, которые не вошли в эту книгу. Хотя мои оппоненты и считали, что я набрал себе «послушную» редакционную коллегию, которая поддержит все мои идеи, могу сказать, что в моей команде достаточно энергичные люди со своими взглядами на предмет. Многие из моих задумок они мне не дали реализовать, сказали, что «чересчур революционно».

G.M.: Что нового в самих правилах, какая разница между старыми правилами и новой редакцией?

Н.Р.: Если не касаться вопросов перевода, а касаться различий в английском первоисточнике «Правил», то есть три принципиальных изменения. 

О самом главном расскажу далее. У нас есть Правило 6-6d, которое регулирует вопрос заполнения и сдачи счетных карточек в игре на счет ударов. 

Вы, возможно, знаете, что наибольшее количество дисквалификаций на официальных соревнованиях происходят из-за этого правила. К примеру, обычно говорят, что причиной смерти была остановка сердца. Но сердце останавливается у всех. Однако происходит это из-за инфаркта, инсульта, по старости или из-за раковых заболеваний. Вот и в гольфе дисквалифицируют в основном по Правилу 6-6d, хотя реально это происходит, когда игрок нарушил другое правило и не указал штраф в счетной карточке. 

Еще обиднее бывает, когда гольфист претендует на призовое место, и вдруг прибегает болельщик, рассказывает, что на какой-то лунке этот игрок совершил нарушение и не учел в счете для конкретной лунки в карточке. 

Но ведь бывают случайные касания земли, воды или травы в преграде, которые игрок мог действительно не заметить. Это не жульничество и не лицемерие со стороны игрока. С 1 января 2016 года в ситуации, когда игрок действительно не знал о своем нарушении, ему разрешается продолжить участие в соревнованиях. Добавляются штрафные очки, которые он не учел, добавляются два штрафных удара за сам факт ошибки, но игрок не дисквалифицируется.

Второе изменение касается так называемых «якорений» (Прим.: англ. «anchor» – «якорь».), или «закреплений». 

Это Правило 14-2b. Его суть заключается в том, что мы не можем неподвижно закреплять окончание или среднюю часть шафта при выполнении патта. Мы не можем упирать ручку паттера в грудь или живот, или прижать кулак к животу и в кулаке держать конец шахта. 

Таким образом, длинные паттеры разрешены, но запрещается выполнять такую технику патта, которая дает меньшую степень свободы, чем при традиционном патте.

G.M.: Что думают об этом российские гольфисты-профессионалы?

Н.Р.: Я с ними на эту тему не беседовал. Моя обязанность состоит в том, что мы проводим семинары, образовываем судей, размещаем информацию в интернете и пишем книги. Я думаю, что в целом такое новое правило справедливо.

Третье изменение «Правил» касается адресации, которая раньше называлась «выполнением подхода к мячу» или «изготовкой к удару». Английское слово «addressing» обозначает расположение головки клюшки по отношению к мячу непосредственно перед замахом. При этом клюшку можно поставить на землю. Это называется адресацией. Мы беседовали с носителями языка, они признавали, что если не касаться слова «адресация» применительно к электронно-вычислительной теме, то слово «адресоваться» к неодушевленному предмету в английском языке используется именно в гольфе. 

До 2010 года у нас было записано: если мы производим адресацию, то есть подводим клюшку к мячу, и после этого мяч сдвинулся по любой причине (допустим, даже из-за ветра или землетрясения), игрок штрафуется. Данное правило вызывало ряд нареканий, потому что гольфист мог быть совершенно не виноват в сдвиге мяча. В 2012 – 2015 годах ввели уточнение, что сдвиг мяча при адресации штрафуется только в том случае, если это произошло по вине игрока. Используется формулировка игрок «вызвал сдвиг мяча». Предполагается, что игрок топнул, пошевелил окружающую траву, кашлянул, отчего произошло дуновение ветра – и мяч от этого сдвинулся. Только тогда игрок штрафуется.

Наконец, с 1 января 2016 года правило о штрафе при адресации было вычеркнуто вовсе. 

Понятие «адресация» в правилах сохранилось, но теперь написано, что в любых случаях, если игрок явно вызвал сдвиг мяча, он наказывается, пусть он делал это и не руками, а каким-то иным воздействием. Если можно доказать, что это не игрок вызвал сдвиг мяча, то штрафа нет. Это третье, направленное в пользу большей справедливости, изменение в правилах гольфа. Оно вызвало много исправлений в самом тексте: были ссылки на разные подпункты Правила 18-2, сейчас в этом правиле не стало подпунктов. 
 
Есть также много исправлений, которые могут быть незаметны обычному гольфисту. Например, в приложении 1 (Прим.: «Местные условия, условия соревнования».) у правил гольфа было три подраздела: A, B и C. Теперь их стало два. Местные правила раньше были в двух подразделах: в одном рассказывали, какие бывают местные правила, а в другом приводились примеры и рекомендованные формулировки. С 1 января 2016 года их решили объединить.

Много мелких пояснений по тексту, которые нам, как специалистам, интересны.

G.M.: Что касается случаев, когда зрители, смотря матч по телевидению, звонят и сообщают о нарушениях?

Н.Р.: Мне трудно комментировать эти вещи. У нас есть, кроме правил, «Решения по правилам». Могу сказать, что новации и по Правилу 6-6d, и по Правилу 14-2b про закрепление клюшки, и по Правилу 18-2 об адресации привели к появлению дополнительных, очень подробных «Решений». Даже кроме кратких изменений в правилах, нам теперь есть что рассказать, показать и дать почитать объемные тексты, где все подробно объясняется.

Вернемся к вашему вопросу. Есть решение, введенное в прошлые годы, о том, как быть, если мяч сдвинулся на расстояние, которое неразличимо невооруженным глазом, но видно при помощи технических средств. Допустим, телекамера, наведенная крупным планом на этот мяч, показывает, что он на 2-3 мм сдвинулся в бок. Игрок с расстояния 2-3 метра не в состоянии это различить. Такие вещи трактуются в пользу игрока.

Когда я посещал Сент-Эндрюс и разговаривал с людьми, которые сочиняют эти правила, они часто говорили, что многие звонки на горячую линию о нарушениях правил бывают связаны с проблемами телевизионного монтажа. К примеру, иногда начало процесса не видно, показан сам процесс, а при записи еще и вытянули кусок. С другой стороны, если есть такие вещи, их тоже надо учитывать. Но я думаю, что в российской практике, где редко бывают прямые трансляции отечественных соревнований, этот вопрос пока не актуален.

Для меня основной проблемой является то, что у нас очень часто люди сообщают о нарушениях , когда уже ясны лидеры, и подчас приоритетно не стремление к «чистоте игры», а спортсмены пытаются убрать конкурента «руками судей! Мы стараемся с этим бороться, вывешиваем результаты соревнований как можно раньше, чтобы у нас была счетная доска, чтобы был виден даже промежуточный результат. После этого мы даем 30 минут на подачу протестов. Если время истекает, то стараемся больше не принимать протесты к рассмотрению.

Я люблю, когда люди следуют правилам. Но до глубины души огорчают те, кто пытается добиться успеха в гольфе не своими блестящими результатами, а стремлением писать жалобы по поводу реальных или кажущихся нарушений своих соперников.


Лучшая стоматология Москвы